И хотя в нем еще горит свет, застройщики торопят – буквально в нескольких десятках метров уже взметнулась вверх коробка небоскрёба очередного человейника.
Как мог развалится ведущий автозавод страны, выпустивший за свою столетнюю историю почти 8 миллионов грузовиков?
Быть может виновато нерентабельное производство, выпускающее устаревшие машины?
Может быть виноват развал СССР?
А может виноват последний директор завода, получавший ежегодно зарплату в 250 миллионов рублей?
Что бы ответить на этот вопрос надо вспомнить как это было.
Дело в том, что ЗИЛ — это не просто завод. Это целый город по площади равный 300 гектарам. В «городе» была собственная пожарная часть, собственное отделение ГИБДД. Здесь ходил свой общественный транспорт. Еще бы — от одного цеха до другого можно было ехать минут сорок. Сотрудники ЗИЛа – отдельная категория жителей столицы со своим жильем, детскими садами, поликлиниками, санаториями, своим университетом, домом культуры и своей футбольной командой. Настоящий город в городе.
Кроме наземного города был еще и подземный: десятки огромных бомбоубежищ на случай ядерной войны.
История завода началась в 1916, тогда здесь собирались производить по лицензии «ФИАТ». Но грянула революция, грузовики стали выпускать, но уже под руководством большевиков.
1975 — 1989 — золотая эра завода, в три смены более 70 тысяч человек ежегодно выпускает 210 тысяч грузовиков
2002 — директором становится Константин Лаптев, тот самый который получал 250 миллионов. На тот момент завод выпускает 22 тыс. машин в год. Сумма долгов составляет более 5 миллиардов руб.
2010 — 2,5 тысячи автомобилей в год. Сумма долгов 25 миллиардов руб.
2011 – завод фактически остановлен. Сумма долгов не поддается разумному осмыслению и только вызывает ответный вопрос: «Сколько, сколько?»
Вы думаете, что бедный завод не имел средств на развитие?
В 1995 началась приватизация и ЗИЛ заграбастал себе все те богатства, которые числились на его балансе. А это 30 детских садов, более 20 общежитий и далее без счета: поликлиники, школы, дома культуры. В Москве это не просто дорого, это очень дорого.
За эти деньги из завода можно было бы сделать второе «Сколково», а не только погасить долги и восстановить производство.
Но риторический вопрос «Где деньги, Зин?» так и остался без ответа.
За несколько лет завод превратился в руины:300 гектар земли распроданы и ускоренными темпами, которые не снились даже Стаханову, застроены жилищным комплексом.
Это не хорошо и не плохо. Это закон капиталистического рынка. Дикого, развивающегося рынка, который не уверен в будущем и поэтому боится долгосрочных инвестиций в науку и производство, предпочитая реализовывать быстрые проекты по продаже жилья.
А как же заводы? Как же собственный грузовой автопром? – спросите вы.
А никак. Пусть об этом болит голова у китайцев и более развитых стран.
Но кое-что у нас все же осталось.
И мы с гордостью можем вспоминать об этом.
Ведь это Наше прошлое, это Наша Легенда.
Так почтим ее минутой молчания, стоя на крыше последнего здания автогиганта – башни ЗИЛ.
